Все мои стихи. Часть 1.
Dec. 27th, 2011 01:15 am![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
gingemaПредисловие.
Часть 2. Часть 3.
* * *
Грачи прилетели, весна, пробужденье!
Луч солнца пробрался сквозь пыльные окна!
И вдруг на душе - хорошо, беззаботно,
И хочется снов, пирога, дня рожденья,
Талантливей стать и гораздо умнее,
Другие придумать себе псевдонимы,
На улицу выйти - и встретиться с Нею,
А может быть, с Ним.. Или с этими... с Ними...
Весна и надежды – свежи и безбрежны.
Но в зеркало глянь-ка. Там ты. Тот же.Прежний
* * *
Вы так же хороши, как неприступны.
От Вашей неприязненной улыбки
Уходит сердце в пятки скользкой рыбкой
Холодным студнем обжигая ступни.
Вы в роскоши, в тиши ли деревенской
Росли? Умыты кремом иль росою?
Но отражает смерть с златой косою
Ваш взгляд, такой пронзительно-недетский.
Вы в роскоши, в тиши ли деревенской
Росли? Умыты кремом иль росою?
Но отражает смерть с златой косою
Ваш взгляд, такой пронзительно-недетский.
Создатель Вас, похоже, в ведьмы прочил,
Но начал и, забывшись, не закончил.
* * *
Не ходят строем, в космос не летают -
Таким позор повсюду обеспечен.
Легко сказать - я, мол, другой, не в стае.
Но кто пред стаей оголяет печень?
Ты гость среди толпы, а не начальник.
Не нужен твой устав в чужом хозяйстве.
Но отличи от гордости зазнайство,
Но разгляди комичное в печальном,
И насладись изменчивой судьбою,
Которая, жестока и беспечна,
Всегда куда-то уведет изгоя -
В рассеянье, в подполье, в бесконечность.
* * *
Давно ли теплой ночью по Неглинной
Бродили мы, часов не наблюдая.
И был ты любопытный и наивный.
И я была, наверное, другая.
Не много лет минуло, но судьбою
По разным мы отправлены кроватям.
И деньги появились у обоих,
Но каждый по счетам отдельным платит.
Врозь завели детей, собак и дачи,
Досуг... Пусть не богат, но и не беден.
И все же - воля божья, не иначе! -
Мы двадцать лет спустя опять соседи.
* * *
Когда б вы знали, из какого сора -
Из жизни повседневной карусели,
Из трудных дней и из ночей бессонных,
Где тяжбы и терзания без цели,
Где друг и недруг бьют по нервам больно,
Труда себе не давши извиниться,
Где тянешь воз, хотя и добровольный,
Но тяготящий, как в руках синица.
И в драке за абстрактные вершины
Чего же ждать? Какого вдохновенья?
Вот. На бегу сложил стихотворенье,
Из сора. Из отбросов. Из рутины.
* * *
Уже не помню, что за мысль всплыла....
Недосмотрела - надо скатерть штопать...
Да указать на дверь - и все дела,
В конце концов, пусть покусает локоть!
Спрошу в глаза: Вам не пора ль, мой друг?
Закрою дверь. Нет-нет, не зарыдаю,
Сюрпризов от судьбы не ожидая,
Засну под равномерный сердца стук.
Колыбельная для дочки.
День был очень интересным,
Но в холмы скатилось солнце,
Проплыла луна над лесом,
Бросив томный взгляд в оконце,
И устали топать ножки,
И уже не смотрят глазки.
В книжках тихо дремлют сказки,
И глаза закрыла кошка,
Спит паук над паутиной,
Спят не помню сколько кукол.
Стук больших часов в гостиной
Всех на свете убаюкал.
И тебе пора в кроватку,
Где скучают без хозяйки
Мишки, ежики и зайки...
Спи, малышка. Сладко-сладко.
* * *
Томясь желаньем славы на земле,
Посмертного хотя бы, но признанья,
Не радуйся, в веках оставив след -
Потомки не щедры на оправданья.
Проснулся Герцен от твоих трудов,
Иль Марксу ты предоставлял кредиты,
Сирот любил (а может, больше вдов?),
Печатал доллары или писал сюиты,
Кормя тщеславье, сжег прекрасный храм,
Потряс ли мир шедевром настоящим.....
У славы дегтя с медом - пополам.
Пили же, Шура. Может, и обрящешь.
* * *
Я же парень-то нормальный, не это...
И не пью почти совсем, и свободный.
Вот купил в кулинарии котлеты,
Вот портрет вождя повесил в уборной.
Я ж как вы, антиллигенты, печальный,
Наблюдаю за генсеком на съезде..
Без последствий от колец обручальных -
Алиментов там и прочих возмездий.
И, однако, не теряю надежду,
Что придешь, расставишь ноги пошире,
И поставим табуретку промежду...
Я начну опять е2-е4.
По мотивам (пародия).
Взять за горло судьбу!
От нее мне не нужно подарков!
Я, отступник всех вер,
долго верил в свой собственный путь,
Золотая форель,
вещий ворон и пьяная парка
Самых страшных глубин
открывают мне вечную суть.
Из чего состоит
моя жизнь, на бегу и в запарке,
Из безвкусных реприз,
из вчерашних банальных клише,
Золотая форель,
вещий ворон и пьяная парка
Ваша песня, увы,
опоздала к заблудшей душе.
* * *
Качаясь в такт своим безумным мыслям,
С небес все не вернусь никак на землю.
И наизусть прошептываю письма,
Что не сдаются времени и тленью.
Я оживляю смутные намеки,
Отчаянье твое, неосторожность,
Я был непреднамеренно жестоким,
Ушами хлопать - все, что мог, похоже.
Прости, не отдавал себе отчета,
Терзался - и тебя терзал безвинно...
По воле злой... Хотя, какого черта!
Что, к каждой мне теперь идти с повинной?
* * *
Не господним твореньем, а гордым творцом,
Чья звучнее труба под терновым венцом,
Жить, ценя и имея не пачки банкнот,
А крылатую страсть и свободный полет,
Кроме честного слова, не зная оков,
Что имел, отдавая за хлеб и любовь,
А однажды понять - отстоялось, пора!
После ночи бездонной дождавшись утра,
Улететь, к голубым облакам воспарить,
Ни мостов не оставив, ни тонкую нить,
И, сливаясь с пейзажем, с обрыва шагнуть..
Если б это был путь...
31 декабря 1999 года.
Вот и кончился год. Отблестел, как искусственный жемчуг.
Не принес ни тепла, ни свершения робких надежд.
Ожидать перемен от стихии – наивно и тщетно,
Но ведь если не здесь, не сейчас - то когда же и где ж?
В эту первую ночь наступившего круглогогода
Рогоносец Амур вдруг покажется ангелом белым,
И душа, может быть, наконец-то помирится с телом,
И не будет болеть голова от вина и погоды.
И восторг новичка умудренному станет доступен,
И облегчится груз из раздумий и тяжких сомнений...
И тогда, наконец, заберусь я в тяжелую ступу..
И отправлюсь туда, где давно уже ждут с нетерпеньем.
Митьки делают революцию.
Прилетев из Европы, где призрак гулял,
Изложили мы тезисы перед толпой,
А затем вместо Думы собрали Хурал
И решили - пусть будет пожар мировой.
Погуляли на славу - взорвали генштаб,
Подзаправились дружно в ближайшей пивной,
А потом осчастливили мерзнущих баб,
Отпустив их из Зимнего греться домой.
Из Авроры пальнули разок или два,
Поделили на всех дедморозов мешок...
И встречали рассвет громким криком "Ура",
Нам не надо быть всем. Нам и так хорошо.
По следам бременских музыкантов.
Волшебные замки и ласки принцессы,
Не падкой на роскошь, не жадной до власти,
Единство фантазии, времени, места..
Играй, трубадур, в бесконечное счастье.
Здесь целая роща из роз перед домом,
И полный подвал дорогого вина...
Но, зайчик ловя на бокале граненом
Вздохнет черный ворон:"Пропал старина!"
Все мои стихи. Часть 2.
Часть 2. Часть 3.
* * *
Грачи прилетели, весна, пробужденье!
Луч солнца пробрался сквозь пыльные окна!
И вдруг на душе - хорошо, беззаботно,
И хочется снов, пирога, дня рожденья,
Талантливей стать и гораздо умнее,
Другие придумать себе псевдонимы,
На улицу выйти - и встретиться с Нею,
А может быть, с Ним.. Или с этими... с Ними...
Весна и надежды – свежи и безбрежны.
Но в зеркало глянь-ка. Там ты. Тот же.Прежний
* * *
Вы так же хороши, как неприступны.
От Вашей неприязненной улыбки
Уходит сердце в пятки скользкой рыбкой
Холодным студнем обжигая ступни.
Вы в роскоши, в тиши ли деревенской
Росли? Умыты кремом иль росою?
Но отражает смерть с златой косою
Ваш взгляд, такой пронзительно-недетский.
Вы в роскоши, в тиши ли деревенской
Росли? Умыты кремом иль росою?
Но отражает смерть с златой косою
Ваш взгляд, такой пронзительно-недетский.
Создатель Вас, похоже, в ведьмы прочил,
Но начал и, забывшись, не закончил.
* * *
Не ходят строем, в космос не летают -
Таким позор повсюду обеспечен.
Легко сказать - я, мол, другой, не в стае.
Но кто пред стаей оголяет печень?
Ты гость среди толпы, а не начальник.
Не нужен твой устав в чужом хозяйстве.
Но отличи от гордости зазнайство,
Но разгляди комичное в печальном,
И насладись изменчивой судьбою,
Которая, жестока и беспечна,
Всегда куда-то уведет изгоя -
В рассеянье, в подполье, в бесконечность.
* * *
Давно ли теплой ночью по Неглинной
Бродили мы, часов не наблюдая.
И был ты любопытный и наивный.
И я была, наверное, другая.
Не много лет минуло, но судьбою
По разным мы отправлены кроватям.
И деньги появились у обоих,
Но каждый по счетам отдельным платит.
Врозь завели детей, собак и дачи,
Досуг... Пусть не богат, но и не беден.
И все же - воля божья, не иначе! -
Мы двадцать лет спустя опять соседи.
* * *
Когда б вы знали, из какого сора -
Из жизни повседневной карусели,
Из трудных дней и из ночей бессонных,
Где тяжбы и терзания без цели,
Где друг и недруг бьют по нервам больно,
Труда себе не давши извиниться,
Где тянешь воз, хотя и добровольный,
Но тяготящий, как в руках синица.
И в драке за абстрактные вершины
Чего же ждать? Какого вдохновенья?
Вот. На бегу сложил стихотворенье,
Из сора. Из отбросов. Из рутины.
* * *
Уже не помню, что за мысль всплыла....
Недосмотрела - надо скатерть штопать...
Да указать на дверь - и все дела,
В конце концов, пусть покусает локоть!
Спрошу в глаза: Вам не пора ль, мой друг?
Закрою дверь. Нет-нет, не зарыдаю,
Сюрпризов от судьбы не ожидая,
Засну под равномерный сердца стук.
Колыбельная для дочки.
День был очень интересным,
Но в холмы скатилось солнце,
Проплыла луна над лесом,
Бросив томный взгляд в оконце,
И устали топать ножки,
И уже не смотрят глазки.
В книжках тихо дремлют сказки,
И глаза закрыла кошка,
Спит паук над паутиной,
Спят не помню сколько кукол.
Стук больших часов в гостиной
Всех на свете убаюкал.
И тебе пора в кроватку,
Где скучают без хозяйки
Мишки, ежики и зайки...
Спи, малышка. Сладко-сладко.
* * *
Томясь желаньем славы на земле,
Посмертного хотя бы, но признанья,
Не радуйся, в веках оставив след -
Потомки не щедры на оправданья.
Проснулся Герцен от твоих трудов,
Иль Марксу ты предоставлял кредиты,
Сирот любил (а может, больше вдов?),
Печатал доллары или писал сюиты,
Кормя тщеславье, сжег прекрасный храм,
Потряс ли мир шедевром настоящим.....
У славы дегтя с медом - пополам.
Пили же, Шура. Может, и обрящешь.
* * *
Я же парень-то нормальный, не это...
И не пью почти совсем, и свободный.
Вот купил в кулинарии котлеты,
Вот портрет вождя повесил в уборной.
Я ж как вы, антиллигенты, печальный,
Наблюдаю за генсеком на съезде..
Без последствий от колец обручальных -
Алиментов там и прочих возмездий.
И, однако, не теряю надежду,
Что придешь, расставишь ноги пошире,
И поставим табуретку промежду...
Я начну опять е2-е4.
По мотивам (пародия).
Взять за горло судьбу!
От нее мне не нужно подарков!
Я, отступник всех вер,
долго верил в свой собственный путь,
Золотая форель,
вещий ворон и пьяная парка
Самых страшных глубин
открывают мне вечную суть.
Из чего состоит
моя жизнь, на бегу и в запарке,
Из безвкусных реприз,
из вчерашних банальных клише,
Золотая форель,
вещий ворон и пьяная парка
Ваша песня, увы,
опоздала к заблудшей душе.
* * *
Качаясь в такт своим безумным мыслям,
С небес все не вернусь никак на землю.
И наизусть прошептываю письма,
Что не сдаются времени и тленью.
Я оживляю смутные намеки,
Отчаянье твое, неосторожность,
Я был непреднамеренно жестоким,
Ушами хлопать - все, что мог, похоже.
Прости, не отдавал себе отчета,
Терзался - и тебя терзал безвинно...
По воле злой... Хотя, какого черта!
Что, к каждой мне теперь идти с повинной?
* * *
Не господним твореньем, а гордым творцом,
Чья звучнее труба под терновым венцом,
Жить, ценя и имея не пачки банкнот,
А крылатую страсть и свободный полет,
Кроме честного слова, не зная оков,
Что имел, отдавая за хлеб и любовь,
А однажды понять - отстоялось, пора!
После ночи бездонной дождавшись утра,
Улететь, к голубым облакам воспарить,
Ни мостов не оставив, ни тонкую нить,
И, сливаясь с пейзажем, с обрыва шагнуть..
Если б это был путь...
31 декабря 1999 года.
Вот и кончился год. Отблестел, как искусственный жемчуг.
Не принес ни тепла, ни свершения робких надежд.
Ожидать перемен от стихии – наивно и тщетно,
Но ведь если не здесь, не сейчас - то когда же и где ж?
В эту первую ночь наступившего круглогогода
Рогоносец Амур вдруг покажется ангелом белым,
И душа, может быть, наконец-то помирится с телом,
И не будет болеть голова от вина и погоды.
И восторг новичка умудренному станет доступен,
И облегчится груз из раздумий и тяжких сомнений...
И тогда, наконец, заберусь я в тяжелую ступу..
И отправлюсь туда, где давно уже ждут с нетерпеньем.
Митьки делают революцию.
Прилетев из Европы, где призрак гулял,
Изложили мы тезисы перед толпой,
А затем вместо Думы собрали Хурал
И решили - пусть будет пожар мировой.
Погуляли на славу - взорвали генштаб,
Подзаправились дружно в ближайшей пивной,
А потом осчастливили мерзнущих баб,
Отпустив их из Зимнего греться домой.
Из Авроры пальнули разок или два,
Поделили на всех дедморозов мешок...
И встречали рассвет громким криком "Ура",
Нам не надо быть всем. Нам и так хорошо.
По следам бременских музыкантов.
Волшебные замки и ласки принцессы,
Не падкой на роскошь, не жадной до власти,
Единство фантазии, времени, места..
Играй, трубадур, в бесконечное счастье.
Здесь целая роща из роз перед домом,
И полный подвал дорогого вина...
Но, зайчик ловя на бокале граненом
Вздохнет черный ворон:"Пропал старина!"
Все мои стихи. Часть 2.
