![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
gingemaЗима удивительным образом заполоняет всю жизнь и необыкновенно мешает ей радоваться. В смысле, жизни радоваться, потому что зиме человек в здравом уме дольше пары дней радоваться не может.
Зимой пространство перестает быть сплошным. Воздух на улице - это не тот же воздух, что в доме. Нельзя открыть дверь, перешагнуть порог и выбросить пустую бутылку, или взять в машине забытую вещь. Есть одна жизнь в помещениях, и совершенно другая снаружи. Для каждой из них нужно очень тщательно продумывать гардероб, или быть готовым к тому, что на улице будет холодно, задует в уши, промокнут ноги, а в доме будет одновременно жарко и холодно - вспотеют подмышки, но ноги продолжат мерзнуть.
Здешние дома довольно плохо приспособлены к зиме. Особенно те, которые сдаются. Часть помещений становится нежилыми, и из всех окон не то что дует, но веет холодом. Удобный балкон, где мы осенью аккуратно развесили пальто и разложили шапки-варежки, промерзает насквозь, поэтому вешалки с пальто висят у нас прямо в спальнях, а сапоги стоят в кухне. Хотя у меня есть разная обувь и разные пальто, хожу я в итоге в одном, а остальные мерзнут на балконе, удобно расставленные и развешенные.
Заодно по всему дому гуляют шарфы и шапки, создавая перманентный беспорядок; но холодно убирать, а тем более мыть, не хочется ходить в подвал за стиркой, и смотреть на все это не хочется, устраивает только съежиться под одеялом и так дождаться весны.
Зимой все вокруг серое, и люди серые. Открывая шкаф, я пролистываю элегантные брюки и кофточки с открытой шеей, и надеваю что-нибудь поплотнее и понадежнее. Не до жиру, пробежалась без шарфа или шапки - простыла.
А ведь от крыльца до машины - шагов десять, не больше. От стоянки до библиотеки минут пять ходьбы, правда под вечным ветром. В библиотеке можно целый день сидеть, если питаться бубликами. За другой едой - в соседнее здание, идти минуты три, но для того, чтобы простудиться без шапки, достаточно. У многих местных при этом шапок, похоже, нет вообще - поэтому, надевая шапку, чувствуешь себя белой вороной. А снимая - огородным пугалом, это я о прическе.
Но больше всего я проклинаю зиму, когда выезжаю в темноте задним ходом на минивэне с крошечной стоянки, наполовину заваленной снегом, лавируя между машинами соседей, углом дома и острыми голыми ветками кустов с двух сторон сразу. В минивэне сзади мало что увидишь, крутить головой бесполезно, но я все равно пытаюсь. Машина каждый раз застревает наискосок между стенкой гаража и крыльцом, наглухо упершись колесом в очередную плотную кучку снега, а перед моим носом маячит угол крыльца, явно пообщавшийся на своем веку не с одним автомобильным боком. За пять минут такого выруливания меня прошибает пот, шарф разматывается, шапка падает. От изрядной доли адреналина почему-то не становится теплее ни на душе, ни хотя бы в машине.
Впрочем, не все так плохо - летом в Массачусеттсе липкая влажная жара, настолько гадкая, что я не забываю о ней даже в разгар зимы.
http://gingema.blogspot.com/2009/02/blog-post_09.html
Зимой пространство перестает быть сплошным. Воздух на улице - это не тот же воздух, что в доме. Нельзя открыть дверь, перешагнуть порог и выбросить пустую бутылку, или взять в машине забытую вещь. Есть одна жизнь в помещениях, и совершенно другая снаружи. Для каждой из них нужно очень тщательно продумывать гардероб, или быть готовым к тому, что на улице будет холодно, задует в уши, промокнут ноги, а в доме будет одновременно жарко и холодно - вспотеют подмышки, но ноги продолжат мерзнуть.
Здешние дома довольно плохо приспособлены к зиме. Особенно те, которые сдаются. Часть помещений становится нежилыми, и из всех окон не то что дует, но веет холодом. Удобный балкон, где мы осенью аккуратно развесили пальто и разложили шапки-варежки, промерзает насквозь, поэтому вешалки с пальто висят у нас прямо в спальнях, а сапоги стоят в кухне. Хотя у меня есть разная обувь и разные пальто, хожу я в итоге в одном, а остальные мерзнут на балконе, удобно расставленные и развешенные.
Заодно по всему дому гуляют шарфы и шапки, создавая перманентный беспорядок; но холодно убирать, а тем более мыть, не хочется ходить в подвал за стиркой, и смотреть на все это не хочется, устраивает только съежиться под одеялом и так дождаться весны.
Зимой все вокруг серое, и люди серые. Открывая шкаф, я пролистываю элегантные брюки и кофточки с открытой шеей, и надеваю что-нибудь поплотнее и понадежнее. Не до жиру, пробежалась без шарфа или шапки - простыла.
А ведь от крыльца до машины - шагов десять, не больше. От стоянки до библиотеки минут пять ходьбы, правда под вечным ветром. В библиотеке можно целый день сидеть, если питаться бубликами. За другой едой - в соседнее здание, идти минуты три, но для того, чтобы простудиться без шапки, достаточно. У многих местных при этом шапок, похоже, нет вообще - поэтому, надевая шапку, чувствуешь себя белой вороной. А снимая - огородным пугалом, это я о прическе.
Но больше всего я проклинаю зиму, когда выезжаю в темноте задним ходом на минивэне с крошечной стоянки, наполовину заваленной снегом, лавируя между машинами соседей, углом дома и острыми голыми ветками кустов с двух сторон сразу. В минивэне сзади мало что увидишь, крутить головой бесполезно, но я все равно пытаюсь. Машина каждый раз застревает наискосок между стенкой гаража и крыльцом, наглухо упершись колесом в очередную плотную кучку снега, а перед моим носом маячит угол крыльца, явно пообщавшийся на своем веку не с одним автомобильным боком. За пять минут такого выруливания меня прошибает пот, шарф разматывается, шапка падает. От изрядной доли адреналина почему-то не становится теплее ни на душе, ни хотя бы в машине.
Впрочем, не все так плохо - летом в Массачусеттсе липкая влажная жара, настолько гадкая, что я не забываю о ней даже в разгар зимы.
http://gingema.blogspot.com/2009/02/blog-post_09.html
