(no subject)

15 лет назад в гостях попалась мне книга Макса Фриша "Назову себя Гантенбайн". Она мне очень понравилась, но я не успела дочитать. Все эти годы Гантейнбайн висел на мне незавершенным гештальтом, я даже брала сборник Фриша у знакомых, но они попросили его назад раньше, чем я собралась его открыть. И вот неделю назад я пошла на сайт Мошкова и дочитала. 15 лет, а.

А буквально на другой день позвонил одноклассник. Которого я не видела 13 лет. Тринадцать, а не семнадцать - потому, что он для меня из тех друзей детства, к кому идешь, приехав в родной город на один день; а я, как выяснилось вчера, оказалась из тех, к кому специально едешь из Нью-Йорка в Бостон на один день, отменив запланированный Вашингтон. В виде сюрприза привез еще одного моего одноклассника. С которым меньше связано и не совсем того же самого. Ну, то есть, совсем другого, на самом деле, но все равно приятно было его видеть.

Это только кажется, что что-то происходило "в прошлой жизни". На самом деле время не начинается и не кончается, у него много измерений. Каждому кусочку пазеля приходит свой срок сцепиться с другими кусочками, принадлежащими на первый взгляд совершенно иной реальности. Остается лишь наблюдать, как причудливо ложатся эти связи, эти прорастающие сквозь всё на свете стежки.

(no subject)

Как уже писалось, приезжали ко мне полжизни не виденные одноклассники. И пошли мы в гости к еще одной нашей однокласснице.
У меня были красивые чайные ложечки, как раз и купленные для того, чтобы стать мелким подарком. Я положила коробку в пакетик, и всю дорогу думала, чего бы сказать остроумного про серебряные ложечки и гостей. Ничего не придумала. Решила - честно расскажу, что хотела придумать шутку про гостей и ложечки, но не смогла. Что-то есть забавное в подобной идее. По-моему.
Отдала, сказала. Развернули пакетик. А там - вилочки.